Инфокам

Как в наших краях Паллас путешествовал, или Что такое «палласово железо» весом 680 кг?

В 1793 году в Камышин прибыл немецкий ученый-энциклопедист, естествоиспытатель и путешественник Петер Симон Паллас. В небольшом городке на Волге путешественник находился 17 и 18 марта. Так как Паллас попал сюда во второй раз, то описывать ранее знакомое место толком не стал, сообщив лишь: «Утром 17-го мы поехали на Камышенку или Камышин, как его теперь называют, на прибывших за ночь лошадях».

Почему второй раз? Потому что учёный совершил несколько путешествий по югу России и Поволжью: в 1773-1774, а затем в 1793-1794 годах. Петер-Симон Паллас (Peter Simon Pallas; 1741-1811) — знаменитый немецкий и русский учёный-энциклопедист, естествоиспытатель, географ и путешественник. Он прославился научными экспедициями по территории России во второй половине XVIII века, внёс существенный вклад в мировую и российскую науку.

Паллас на юге России

Посетил Паллас и наши места, о чем свидетельствуют топонимические  и биологические названия, сохранившиеся поныне. Имя Палласа носят город и железнодорожная станция Палласовка (Палласовский район), улица в Красноармейском районе Волгограда,  многие виды растений и животных, впервые описанные им: Deracantha onosPallas (толстун Палласа, кл. Насекомые), Locustella certhiola Pallas (певчий сверчок, кл. Насекомые), Larus ichthyaetu sPallas (черноголовый хохотун, кл. Птицы), Erysimum pallasii (Желтушник Палласа, ц. Растений), Pinus pallasiana  D. Don (сосна Палласа или крымская) и др.

Памятник путешественнику и ученому в Палласовке (фото: сайт администрации Палласовки)

Петер-Симон исследовал и территории, которые сейчас являются частью Камышинского района. В своих трудах он описал особенности природы и жизнь народов: русских (мужиков и казаков) и немецких колонистов. Давайте почитаем строки из труда Палласа «Путешествие по разным провинциям Российского государства» (1773 год)...

«От селения Водяного буерака, к которому я едва по полудни прибыл, подъехал я через Чербаковку к Верхней Кулалине или Галка называемой, также и Голштейнское селение, хотя многие жители из рейнских стран здесь находятся. Начатое в сем селении с великим успехом насаждение виноградных лоз побудило меня сделать такой округ. Первый разводчик винограда между колонистами был некто по имени Иоганн Филипп Пейлер из Менсингена, что при Рейне. Он имеет в двух садах около трех тысяч плодовитых виноградных лоз, с которых прошлого года около двадцати пудов винограда собрал…Он совсем не поливает своих лоз, хотя они на нарочито сухой земле находятся… Из здешнего винограда, который величиной, красотой и вкусом с астраханским сравниться не может, гораздо лучшее выдавливается  вино, которое, если ему дать постоять, сделается светлокрасным, совершенно подобным слабому французскому вину…»

«Добрынка ближе лежит к югу, нежели все селения Саратовского уезда и отстоит от Дмитревска токмо в тридцати верстах. В сумерки прибыл я к ручью и деревне Дубовка, где жители города Дмитревска (бобыли) поселились; а оттуда на свежих лошадях, через ручьи Терновку и Липовку, пред рассветом дня в упомянутую крепость…».

«Крепость Дмитриевск, или Камышенка, находится теперь на нижнем мысу, которой составляет ручей Камышенка с Волгою на низменной и сырой земле. Первая в прошедшем столетии заложенная крепость имела гораздо здоровейшее и выгоднейшее положение, на холме выше ручья, где еще и по ныне виден земляной вал... Нынешняя крепость занимает высочайший и внешний мыс ниже ручья, и с помянутаго возвышения все в оном городе видеть можно; состоит из 4-х болверков, из коих один против высокой воды размывающий оный выкладен кирпичною стеною. Сии болверки окружены глубоким рвом и палисадами, и заключают в себе каменную церковь, хорошо построенную канцелярию, коммендантский дом и некоторые другие жилища... Город имеет свое положение вниз по Волге параллельными длинными улицами, между коими и великим множеством лавок, застроенная главная улица идет от крепости до самаго поля, на коем находятся соленые магазины».

План Камышина (1798 год)

Что мы знаем о великом ученом

Петер-Симон родился в Берлине 22 сентября 1741 года в семье немецкого врача Симона Палласа, профессора анатомии и главного хирурга Берлинской медико-хирургической коллегии. Отец его был родом из Восточной Пруссии; мать происходила из старинной протестантской семьи эмигрантов из французского города Мец. У Палласа были старшие брат и сестра.

Это было время царствования просвещённого монарха Фридриха II, реорганизовавшего Прусскую академию наук. Отец Петера Симона хотел, чтобы сын пошёл по его стопам, но тот увлёкся естествознанием. Обучаясь у частных преподавателей, уже в 13 лет он знал в совершенстве английский, французский, латинский и греческий языки и начал посещать лекции в Берлинской медико-хирургической коллегии, где изучал анатомию, физиологию,акушерство, хирургию и наряду с ними ботанику и зоологию.

Продолжил учёбу в Университете Галле (1758-1759) и Гёттингенском университете (1759-1760), закончив курсы по педагогике, философии, горному делу, зоологии, ботанике (по системе Карла Линнея), сельскому хозяйству, математике и физике. В 1760 году перебрался в Лейденский университет, где в 19 лет защитил докторскую диссертацию по медицине о кишечных глистах человека («О вредителях, живущих внутри организмов»). Затем приводил в порядок естественно-исторические коллекции в Лейдене и посетил Англию с целью изучения ботанических и зоологических коллекций. В следующем году по разрешению родителей отправился в Голландию, чтобы найти себе подходящую работу, но ему этого, несмотря на усиленные научные занятия, не удалось.

В Голландии, в 1766 году, были опубликованы его первые научные работы — «Elenchuszoophytorum» и «Miscellaneazoologica» (Гаага, 1766). Обе работы были посвящены анатомии и систематике низших животных и включали описание нескольких новых, для того времени, видов... За свои работы учёный был избран в 1764 году членом Лондонского королевского общества и академии в Риме. В эти годы Паллас мечтал совершить путешествия в Южную Африку и Азию, но, по настоянию отца, не осуществил эти планы.

22 декабря 1766 года Петербургская Императорская Академия наук избрала Палласа своим действительным членом и профессором натуральной истории. Сначала Паллас отказался, но 23 апреля 1767 года избрание его членом академии было подтверждено. 30 июля 1767 года в возрасте 26 лет – уже имея докторскую степень, профессорское звание и признание в Европе – Паллас вместе с семьёй (молодой женой и малолетней дочерью) прибыл в Россию для работы в качестве адъюнкта Петербургской Академии наук и коллегии асессора. От Академии ему был положен оклад в размере 800 рублей в год, что по тем временам было высоким жалованием.

Российская императрица Екатерина II активно интересовалась устройством и богатствами своей империи, и идея комплексного исследования страны (с целью  узнать её геологические, минералогические, животные и растительные ресурсы, а также выявить исторические, социально-экономические и этнографические особенности отдельных её регионов) возникла у нее после завершения собственного путешествия по Волге от Твери до Симбирска в 1767 году (о такой экспедиции мечтал ещё Ломоносов). Вскоре по её распоряжению была начата организация новой экспедиции – нескольких «астрономических» и «физических» отрядов. Подготовка к экспедиции заняла год: только в июне 1768 года Паллас со своим отрядом выехал из Санкт-Петербурга, в пути его сопровождала семья.  Отряд побывал в центральных губерниях, районах Поволжья, Прикаспийской низменности, Урала, Западной Сибири, Алтая, Байкала и Забайкалья.

В общей инструкции по программе исследований Палласу поручалось: «Исследовать свойства вод, почв, способы обработки земли, состояние земледелия, распространённые болезни людей и животных и изыскать средства к их лечению и предупреждению, исследовать пчеловодство, шелководство, скотоводство, особенно овцеводство. Затем обратить внимание на минеральные богатства и минеральные воды, на искусства, ремёсла, промыслы каждой провинции, на растения, животных, на форму и внутренность гор и, наконец, на все отрасли естественной истории… Заняться географическими и метеорологическими наблюдениями, астрономически определять положение главных местностей и собрать всё, касающееся нравов, обычаев, верований, преданий, памятников и разных древностей».

В целом естественнонаучные экспедиции екатерининского периода охватили обширную территорию России — от Баренцева моря на севере и до Чёрного (Северный Кавказ и Крым) и Каспийского (до границ с Персией) морей на юге и от Балтийского моря (Рига) на западе до Забайкалья (до границ с Китаем) на востоке.

Научные результаты Палласовской экспедиции превзошли все ожидания. Был собран уникальный материал по зоологии, ботанике, палеонтологии, геологии, физической географии, экономике, истории, этнографии, культуре и быту народов России. Коллекции, собранные во время этого путешествия, направлялись в Петербург, легли в основу коллекций академической Кунсткамеры, многие из них до сих пор хранятся в музеях Российской академии наук, а часть их попала в Берлинский университет.

«Палласово железо», шерстистый носорог и многое другое

В 1772 году в районе Красноярска Палласу показали 680-килограммовую железно-каменную глыбу, которая по распоряжению путешественника была отправлена в Петербург и сейчас украшает метеоритный отдел Минералогического музея имени академика А. Е. Ферсмана Академии наук. Этот крупнейший в России сидеролит (железно-каменный метеорит, или палласит) называется «Красноярск», или иногда «палласово железо».

В ходе экспедиций Паллас открыл и описал 151 вид млекопитающих, 425 видов птиц, 240 видов рыб, 21 вид гельминтов, а также много видов земноводных, рептилий, насекомых, в том числе ланцетника, которого принял за моллюска.

Он также исследовал ископаемые останки буйвола, мамонта и шерстистого носорога.

По геологии у Палласа впервые можно найти указание на последовательность геологических наслоений. Во время поездок по юго-восточным степям он отметил следы прежнего высшего стояния уровня Каспийского моря и довольно точно определил часть его древних берегов.

Путешествие имело и громадное практическое значение. Оно дало сведения об уникальных природных богатствах России, которые до этого почти не были известны. Паллас рассказывал также о нуждах народов. Для современной науки непреходящую ценность имеет тот факт, что Паллас описывал области России, её поля, степи, леса, реки, озёра и горы, когда они практически ещё не испытали «преобразующего» воздействия человека и были обильно населены видами животных, многие из которых исчезли уже через несколько десятилетий (например, дикая лошадь тарпан).

Результаты научного подвига Палласа и его помощников были обобщены им в многочисленных (более 170) произведениях, опубликованных на латинском, немецком и русском языках в Петербурге и позднее переведённых на английский — в Эдинбурге и в Лондоне и на французский — в Париже.

В последние годы жизни Паллас занимался подготовкой фундаментального трёхтомного труда по фауне России «Zoographiarosso-asiatica» («Российско-азиатская зоология»), в котором были представлены более 900 видов позвоночных, включая 151 вид млекопитающих, из них около 50 новых видов. По обширности материала и тщательности, разносторонности описания животных ему долго не было равных. Вплоть до начала XX века книга оставалась главным источником знаний о фауне России.

Работы Палласа лежат до сих пор в основании наших знаний о природе и людях России. К ним неизбежно, как к живому источнику, обращается географ и этнограф, зоолог и ботаник, геолог и минералог, статистик, археолог и языковед – раз только он столкнётся с вопросами, связанными с природой и народами России. Его путешествия являются в своих изложениях неисчерпаемым источником разнообразнейших крупных и мелких, но всегда научно точных данных.

Закончить хочется словами академика А.Н. Северцова: «Нет отрасли естественных наук, в которой Паллас не проложил бы новый путь, не оставил бы гениального образца для последователей… По своей многосторонности Паллас напоминает энциклопедических ученых древности и средних веков, по точности — это ученый современный, а не XVIII века».

Exit mobile version