Эту историю мне рассказал отец. В начале 80-х годов прошлого века он работал капитаном на сибирской реке Обь. Работали так: в мае, после открытия навигации, уходили в рейс, а в родной порт заходили всего на пару дней. И так до конца навигации.

В то время холодильников на катерах, которые работали на Оби, не было и в помине, и народ, как мог, обеспечивал себе сохранность продуктов. Большинство предпочитало возить мясо, так сказать, «в живом виде». К примеру, в баржу запускали кроликов (кролики — в трюме, груз — на палубе). И так шли в рейс.

Вот с такими «живыми консервами» мой отец и оказался в нескольких неделях от дома почти в конце навигации (вода упала, и снег мог пойти в любой момент). Груз они сдали по назначению, баржу разгрузили — оставалось ждать, когда дадут «добро» идти домой пустым или с попутным грузом...

Делать было нечего, и команда решила доесть кроликов — все равно скоро домой. Сказано — сделано. Освежевали и отправили в котел, а шкурки повесили сушить на леерах.

Мой отец со своим помощником стали свидетелями такого разговора, когда шли к причалу:

— Времена нынче тяжелые наступают, — сказала одна из бабушек. — Видишь, флотские уже кошек есть начали....

Кто не в курсе, освежеванный кролик практически ничем не отличается от кошки. Когда отец рассказал команде об услышанном разговоре, народ смеялся до слез.