В Волгоградской области, на левой стороне Волги, напротив Камышина, расположился старинный городок Николаевск. Малоэтажные дома, тихие, чистые улочки, — и никакой суеты. Здесь вы услышите в беседе или прочитаете в местной газете такие фамилии, как Собгайда, Бондарь, Котенко, Чупрына, Глоденко…

Откуда столь многочисленные украинские корни на древней волжской земле, где до XVIII века легче было встретить калмыка или татарина, чем выходца (право, невидаль!) из полтавщины. «Ревизские сказки» саратовских архивов подсказывают ответ — имена предков современных николаевцев: Афанасий Куцемако, Павел Тягнибеда, Козьма Собгайда, Осип Кошевой, Михайло Плаксенко, Осьмак, Полтавский, Харьковский, Киевский… Целые гнезда фамилий сохранились и до наших дней. Откуда же первые поселенцы пришли в «порожнюю и дикую степь» и как создавалась богатая Николаевская слобода, которая спустя несколько веков, в 1967 году, обрела статус города Николаевска?

Проезд зело труден

В 1719 году астраханский губернатор князь Волынский доносил в Сенат: «…от Саратова до Астрахани между городов жила никакого нет, того ради купецким людям, так и прочим приезжим и рыбным ловцам от калмыков и кубанцев чинится великое разорение, и работных людей берут в плен… Надобно между городов еще сделать хотя малые города для прибежища проезжим и для закрытия пустоты от неприятельских набегов…»

А тут как раз таки задумала императрица Елизавета Петровна пополнить государственную казну за счет добычи соли с озера Эльтон (Алтан-Нор — от калм. «золотое озеро»). В 1747 году она издает указ: «По указу Ея Императорского Величества велено с Елтонского соляного озера ставить в казну соли, в городы Саратов и Дмитриевск (ныне Камышин — прим. авт.). Того ради, ежели кто пожелает с того озера соль брав возить и ставить в казну… для того немедленно явились в Саратов, у определенного к тому приуготовлению соли подполковника Николая Чемодурова, которому велено с теми охочими людьми чинить договоры и у оных соль в магазейны принимать и за поставку деньги выдавать безо всякого удержания…».

Сенат советовал Чемодурову призвать на добычу и перевозку соли «работных людей» из близких к Саратову Симбирского и Пензенского уездов. Но эти россияне хорошо знали, почем фунт лиха в степи, сотрясаемой набегами калмыков и кубанцев. Тогда был брошен клич в Малороссию. На него откликнулись украинские чумаки: они прибыли летом 1747 года из восточной Украины, в основном из Харькова и Полтавщины. Вскоре эльтонский соляной промысел начал приносить большие прибыли, поэтому высочайшим указом «к приласканию и совершенному удовольствию чумаков» им была выделена земля «вдоль левого лугового берега Волги». Здесь-то и возникла чумацкая Николаевская слобода.

Из года в год вывоз соли увеличивался: если в 1747 году за одну поездку в августе—сентябре украинскими чумаками с озера было доставлено 13 275 пудов соли, то в 1751 году — 3 253 759 пудов, а в конце 1850-х годов ежегодный вывоз составлял 6,5 млн. пудов. Соляной промысел приобрел всероссийское значение. Он давал две трети добываемой в государстве соли. В 60-70-е годы XIX века эльтонской солью снабжались 16 губерний России.

Живем — не тужим!

Хозяйственно-экономическая жизнь чумаков не ограничивалась только извозом соли. Традиционно, украинцы считались народом предприимчивым. Наряду с чумачеством, они занимались землепашеством, но первоначально сеяли пшеницу только для собственного потребления. Однако доходы от продажи хлеба постепенно росли, и со временем землепашество стало еще одним весьма выгодным занятием. В совокупности доходы от извоза соли и продажи хлеба позволяли накопить значительные средства для покупки дополнительных земельных участков.

Отметим еще один промысел, которым занимались эльтонские чумаки — правда, он имел самые негативные последствия для последующих поколений. К моменту поселения украинцев на Волге и Еруслане, здесь произрастали большие леса, в которых высились огромные, в два-три обхвата, дубы. В свободное от вывоза соли время, зимой, чумаки вырубали ценный древостой, а весной сплавляли бревна на продажу. Леса рубились самым хищническим образом, и поэтому уже во второй половине XVIII века полностью исчезли.

Что и говорить, зажиточное житье было за Волгой. Камышанам оставалось только завидовать соседям с другого берега, у которых в порядке вещей было иметь в хозяйстве корову и лошадь (для того времени главная мера богатства). Но счастье было недолгим… В 1863 году «Великий чумацкий шлях» (так называли дорогу от Эльтона до слободы Николаевской) закрылся. Надобность в чумаках отпала. С прокладкой в 1880 году железной дороги к озеру Баскунчак разработки эльтонской соли прекратились, так как она уже не могла конкурировать с более дешевой баскунчакской.

На современных улицах

Идут века… Но и сегодня далеко за пределами современного Николаевска легко разглядеть родовые ветви далекого прошлого. В Петров Вале встретился Собгайда. В Волгограде и Камышане прописались Ткаченко, Тягнибеда, тот же Собгайда; известны фамилии Кошевой, Чупрына, Кондратенко... И все эти люди могут сказать: «Мои предки вывозили соль с озера Эльтон. Тяжелое было дело, но полюбили они эту бесконечную ковыльную степь, остались жить на ней и растить потомков». Такая она, наша волгоградская земля, многоликая и многонациональная.