Эту историю рассказал мне мой друг. Можно верить в неё, а можно, и не верить, но поверьте, она достойна внимания...

В 1986 году ему подарили часы. На день рождения. В то время (сейчас говорят, год, когда началась перестройка) это был обычный подарок для парня. Часы и стоили довольно прилично, и были необходимы, потому что мобильников, чтобы по ним узнавать время, еще не было. Тогда и стационарный телефон не у всех был, очереди на установку надо было ждать.

Но мы отвлеклись. Часы марки «Слава». С зеленым циферблатом и корпусом «под золото». У кого-то, может, были, и они помнят, что на циферблате было всего две цифры: «6» — внизу и «12» — вверху. А остальные просто заменяли позолоченные насечки-«лучики».

Мы были подростками, и для нас те годы запомнились одним счастливым днем. А потом мы разъехались по институтам, позже — по другим городам. А встретились уже спустя 30 лет.

Совершенно, надо сказать, случайно. Я приехал проведать стареньких родителей. А он — на рыбалку. Выяснилось, что он помнит детство и сохранил верность рыбалке на Волге. Не в черте города, конечно, а далеко за его пределами.

Посидели мы в баре и, что там греха таить, «приняли на грудь». Не подумайте плохого, на ногах стоили крепко, пошли на набережную Волги к нашему месту, которое помнили с детства. Там теперь лавочки стоят, облагорожено всё. Присели мы на лавочку... И тут у него... Дзинь! Часы на тротуарную плитку выпали.

Те самые. «Слава». Он их поднял, засунул обратно в карман и неожиданно начал рассказ...

Не знаю, говорит, надо ли эти часы отремонтировать или нет... Понимаешь, какая катавасия вышла. Практически всегда, когда стрелки показывали «12», со мной что-то происходило. Мы даже с женой так говорили: «Всегда случается «это»!

В 12 часов меня поймал военком и вручил повестку. Я же бегал от армии. В это же время уже на полигоне у нас на складе рванули боеприпасы, после чего я оглох на одно ухо. Это ж были «лихие девяностые», нас дружно комиссовали тогда.

Я девственности лишился в 12 часов дня. Это произошло на загородной турбазе. У всех значит ночью, в интимной темноте. А у нас в полдень, при ярком свете солнца!

В 12 мы с женой расписались, и в 12 — она родила. Среди двух десятков соискателей работы именно меня вызвали последним за минуту до начала обеденного перерыва. А спустя минуту, в 12 часов, приняли на работу. Ну, то есть сообщили, что я подхожу и велели после обеда идти в одел кадров.

Уволили также. Начальник кричал, что не станет ждать, пока этот раздолбай поест (это он про меня) и потребовал привести меня до обеда. В 12 он радостно сообщил, что я могу быть свободен.

«Понимаешь, нельзя сказать, что «это» было сплошь плохим или завсегда хорошим. Просто было. А теперь часы сломались. И вот думаем с женой: чинить или нет?» — спросил он.

Я не нашелся, что ответить...