Источник: zdr.gudok.ru
О золотой звезде Героя Николай Леончиков узнал из письма матери. Характер будущего Героя выковывался в тяжелой крестьянской работе. Единственный мужчина в семье – мать и сестра смотрели на него как на опору, приходилось соответствовать. Так что к непрестанной работе и несытой жизни Николай Леончиков был приучен сызмальства.
Мелковат оказался окопчик
Обитателям небольшой деревеньки в Чулымском районе Новосибирской области – теперь ее и след простыл – еще солонее стало жить, когда началась Великая Отечественная война. У них, у деревенских, порой даже хлеба совсем не было – его заменяли слепленные матерью колобки из картошки, в которые добавляли жмых.
Едва Николаю исполнилось 18 лет, как через два дня пришла повестка в военкомат. Шел 1943 год, армии постоянно требовалось пополнение. Направили Леончикова в Ачинское пехотное училище.
Честно сказать, научить вчерашних мальчишек успели мало чему. И когда пришел приказ отправиться на фронт, в ратном деле Леончиков, как и его товарищи, еще мало что смыслили. Николай Петрович вспоминал, что когда они прибыли под Харьков и их направили на позиции, он даже окопаться толком не смог – мелковат оказался тот окопчик.
Первое ранение
К счастью, судьба хранила сибиряка-пехотинца. Утром всех построили и объявили приказ: после артиллерийской подготовки переходить в наступление. Тогда Леончиков в первый раз почувствовал себя «везунчиком»: в живот вонзился осколок вражеской мины. Осколок разрезал три ремня – на шинели, на гимнастерке и на брюках. В итоге санитарка, что даже обидело молодого бойца, принявшего боевое крещение, обозвала его рану царапиной. Как легко раненного, Леончикова направили после того боя в запасный полк. А там было немало пожилых, уже опытных солдат – вот у них-то молодой пехотинец многому необходимому научился.
После выздоровления Николай Леончиков попал в первый батальон 43-го стрелкового полка 5-й Ударной армии. В его рядах прошел Молдавию, Украину, затем Белоруссию, неся на своих плечах всю тяжесть повседневной солдатской жизни. Всякое в ней случалось. Вспоминал Николай Петрович жуткие мгновения, когда его взвод попал под ракетный удар собственных «катюш» – но судьба его снова миловала.
В окружении
Хотя наши войска в то время в основном наступали, довелось ему побывать и в окружении – как известно, такое испытание особенно часто приходилось на долю наших бойцов в начале Великой Отечественной. Случилось это в Белоруссии. Получен был приказ: идти на выручку попавшей в окружение нашей воинской части. Четверо суток шли, потом две недели сражались, и, как они догадались, сами попали в окружение. Но офицеры, не желая подрывать боевой дух солдат, это отрицали. Бойцы им не верили, ведь они своими глазами все видели. Однако это был уже не 1941 год – никакой паники, растерянности. Наконец, ночью пошли на прорыв. Тащили на себе орудия – в бомбежках и непрерывных обстрелах перебило всех лошадей. Прорвались...
Воинская доблесть Леончикова была замечена: молодой боец стал командиром отделения. Появилась и первая боевая награда – еще за бои под Ковелем и освобождение Кишинева отметили его медалью «За отвагу».
Смелая вылазка
Один из самых запомнившихся Леончикову эпизодов его военной биографии – ожесточенный бой уже на польской земле, когда 5-я Ударная армия была развернута в северном направлении.
Во время наступления большой урон нашим войскам наносили кинжальным огнем с фланга немецкие пулеметчики. Взводу, в котором воевал Леончиков, было приказано уничтожить эти огневые точки. Бойцы скрытно сумели подобраться к вражеской траншее и забросали фашистов гранатами. Наступление было успешно продолжено. За этот бой Леончикова представили к награде, а к какой – он и не догадывался, а продолжал воевать дальше.
Они погибали, уничтожая врагов
На исходе зимы 1945 года его батальон вышел на берег Одера. До Берлина оставалось где-то километров 60. По сохранившемуся еще льду пехота перескочила на другой берег реки. Плацдарм тут же было приказано закрепить. Пехота стала зарываться в землю, копать окопы и траншеи. Три эшелона обороны успели оборудовать. И не зря старались – вскоре немцы стали наваливаться изо всех сил, стараясь отвоевать этот клочок земли.
В такой ад Николай Леончиков, обстрелянный уже сержант, еще не попадал. Отчаянным натиском гитлеровцы заставили отступить наш первый эшелон, затем не устоял и второй. Казалось, вокруг уже ничего не осталось, кроме воющих бомб, снарядов, остро жалящих пуль... Но отступать оставалось только в холодные воды Одера.
Они погибали, уничтожая врагов. От взвода Леончикова осталось в живых всего лишь семь человек. Из оружия – два уцелевших пулемета и автоматы, гранаты кончились.
Благодаря их нечеловеческой стойкости замысел советского командования полностью оправдался: пока фашисты ломали зубы об этот плацдарм, в стороне от него соседние части сумели навести переправу для танков. Наконец, Т-34 пришли на выручку пехоте.
Комиссован по ранению
Леончиков на этот раз был ранен в правую руку. Отправили сержанта на Волгу, в город Камышин. Ранение оказалось тяжелым: восемь операций провели военные хирурги, стараясь избавить молодого бойца от потери руки. Но самое целительное воздействие оказало письмо матери из далекой Сибири. Она-то и сообщила сыну о том, что он стал Героем Советского Союза.
После госпиталя двадцатилетнего Героя комиссовали, как тогда говорили, – сначала на три месяца, а потом и вовсе уволили из армии. Началась мирная жизнь.
Свое место в жизни
Вернулся Николай Петрович уже в Новосибирск. Какое-то время был комендантом здания в институте геодезии и картографии, но завхозные дела не очень увлекали. Образования не было, снова садиться за парту ему, при его регалиях, казалось неудобным. Но крестьянская жилка была прочной, руки просили живой работы – и нашел он, наконец, свое место в отделе рабочего снабжения Новосибирского отделения железной дороги – теперь уже на всю жизнь. Проработал в нем 38 лет, до окончательного выхода на пенсию.
В столовой №1, как заведующий складом, он обеспечивал бесперебойную работу «конвейера питания». Скучать не приходилось – 27 буфетов поди-ка обеспечь вовремя всем необходимым.
Справлялся. Потом ему поручили заведовать базой ОРСа – отдела рабочего снабжения. И тоже неплохо ею руководил, да еще строил новые склады в Мочище. С людьми ладить умел, мог и понять подчиненного, и убедить его. Так что коллектив Леончикова был на хорошем счету в предприятии, а трудовая книжка Николая Петровича пополнялась все новыми записями о поощрениях.
Шли годы, здоровье у ветерана было далеко не прежнее, сибирское, накапливались болезни. Леончиков, человек скромный, не бегавший по каждому поводу по врачам, как-то умудрился даже перенести инфаркт миокарда на ногах. Кто-то скажет: опять повезло, но и здесь сказались его жизненная закалка, его характер. Не уступил врагу, не отступил перед болезнью.
Почетный железнодорожник, почетный ветеран Западно-Сибирской магистрали Николай Петрович Леончиков всегда живо интересовался делами родной дороги, охотно принимал приглашения поучаствовать в различных мероприятиях, торжественных или деловых. Теперь же место его осиротело. Вечная ему память.
Реклама. ИП Власенко С.А.