Кликните для увеличенияНа днях ИНФОКАМ опубликовал материал «Как город живых строился на городе мертвых».

Касался он истории городских кладбищ ― прежде всего, прицерковных. Но спор в комментариях традиционно «пошел» дальше, затронув тему кладбища времен Великой Отечественной войны. Как и обещал, продолжаю материал очередным экскурсом в историю родного города…

Так начиналась война

Уже 8 июля 1941 года, менее чем через месяц после начала Великой Отечественной войны, в Камышин стали прибывать первые поезда с ранеными. В городе развернулась масштабная работа по обустройству эвакогоспиталей. Старожилы вспоминали, что первоначально предполагали задействовать горбольницу и несколько школ.

Но реальность оказалось другой… По старой памяти, я иногда в краеведческих материалах пишу о 36 госпиталях, развернутых на территории города. Хотя сам же после заседания городской думы, посвященному ходатайству о присвоении Камышину звания «Город трудовой доблести и славы», назвал другую цифру. Проведенным анализом архивных данных окончательно установлено, что на территории Камышина в годы Великой Отечественной войны базировалось 58 госпиталей. Эту цифру и стоит запомнить.

Солдат и офицеров лечили и ставили на ноги во всех школах, в городской гостинице и типографии, гидромелиоративном техникуме (сегодня «Запросто»), на территории Стеклотарного завода (два эвакогоспиталя) и даже в здании железнодорожного вокзала (это не полный список). Судьба камышинских госпиталей требует отдельного и большого рассказа. Вот пример двух из них, размещавшихся в здании Рабфака (школа № 4).

Сначала здесь размещался ЭГ (эвакогоспиталь) № 1588. Он «прошел» фронтовой путь от Камышина через Крым и Ужгород — до Польши, где был расформирован в 1946 году. Несколько камышан (врачей и медсестер) этого госпиталя погибли во время бомбежек эшелонов, в которых людей, оборудование и медикаменты перевозили ближе к линии фронта.

Когда школу покинул ЭГ № 1588, в ней сформировали ЭГ № 5767. Он был создан 22 апреля 1943 года, уже после победы в Сталинградской битве. Но также продолжал ставить на ноги бойцов Советской Армии, уже будучи тыловым госпиталем. Здесь же  размещался и другой госпиталь, в котором лечили немецких военнопленных. Милосердие, как известно, не знает границ, и камышинские доктора ставили на ноги даже тех, кто ранее нёс смертельную угрозу нашей стране. Спустя годы, когда из Камышина бывшие военнопленные были отправлены обратно в Германию, они честно признавались, что выжили после Сталинграда только благодаря врачам небольшого города Камышина на Волге.

О могилах и кладбище

58 госпиталей. Даже по этой цифре можно представить себе, сколько умерших вывозили в телегах на лошадках (грузовиков были единицы) на кладбище.

К 1940-м годам около Никольской церкви сформировалось довольно большое городское кладбище, которое частично охватывало территории нынешней школы № 12. Но в сторону «нового рынка» (сегодняшнего) оно не заходило.

Однако во время первых лет войны, особенно кровопролитной Сталинградской битвы, которая продолжалась 200 дней и ночей, воинское кладбище заняло территорию, простиравшуюся ― называю современные ориентиры: линия Никольская церковь, школа № 12, улица Алтайская ― до школы № 4.

В годы Великой Отечественной войны в тылу (подчеркну: в тылу!) хоронили погибших в отдельных могилах. Старожилы вспоминали, что холмики были низкими, хоронили «плотно». Но отдельно. Именно поэтому кладбище заняло такую огромную территорию. В больших общих ямах вместе погребались кучей лишь ампутированные конечности и органы. Таковых ям также было немало, потому что ампутаций проводилось множество. По мере пополнения слои пересыпались известью для предотвращения распространения заразы.

18 февраля 1946 года вышло постановление Совнаркома о том, чтобы «до 1 июня 1946 года взять на учет существующие военные кладбища, братские и индивидуальные могилы погибших воинов, офицеров, генералов Красной Армии и партизан», а также «до 1 августа 1946 года провести необходимые работы по благоустройству военных кладбищ, братских и индивидуальных могил». Постановлением предписывалось: «индивидуальные могилы, находящиеся за пределами населенных пунктов, по возможности перенести на ближайшие военные и гражданские кладбища или объединить в отдельные братские могилы. Вменить в обязанность местных органов проведение текущих работ по благоустройству и по содержанию их в порядке. Расходы производить за счет операционных кредитов соответствующих исполкомов...».

С этого постановления в Камышине начались работы по созданию Братского захоронения воинов, погибших в годы Сталинградской битвы. Заметьте, что официально пишут «Сталинградской битвы 1941-1943 годов». То есть годы охватывают более продолжительный период, чем длилась великая битва на Волге.

Останки переносились в 15 общих братских могил в район улицы Алтайской. Также на этой территории осталось около 300 одиночных могил.

Чем закончились работы

В 1949 году работы были закончены. До 1 августа 1946 года, как значилось в постановлении Совнаркома, просто не успевали ввиду громадных трудозатрат.

В том же, 1949 году, у братских могил был установлен памятник, которому в этом году исполнилось 70 лет ― «Женщина с венком и солдат, держащий знамя». В 70-х годах в стране началась кампания по укрупнению братских могил и их благоустройству.

В Камышине к работам приступили раньше: территория была благоустроена в 1961 году. А современный мемориальный комплекс был открыт 9 мая 1975 года в честь 30-летия Победы над фашисткой Германией. Авторы ― А. И. Смирнов и В. С. Лицуков (преподаватели КВВСКУ, оба полковники). В 1987 году была проведена еще одна реконструкция, в результате которой памятник обрел окончательный вид.

Сегодня святое для россиян место реконструируется вновь.

Добавим, что в настоящее время сообщается о 2 400 солдатах и офицерах, которые обрели здесь вечный покой. Еще 10-20 лет назад говорилось о 1858 упокоенных. Списки уточняются и пополняются до сих пор.

P.S. К слову, хоронили на кладбище и немецких военнопленных. Старики рассказывали, как однажды чуть не стал заикой смотритель-сторож кладбища. Он услышал, как из-под земли кто-то зовет на помощь, причем по-немецки. Могилу разрыли и извлекли пленного. Сейчас уже никто не скажет, был ли он просто так слаб, что его приняли за умершего, или впал в летаргический сон. Но говорят, его поставили на ноги. Даже потом, когда военнопленных отправляли на родину, он уехал в Германию.