Баян и самолёт — два мира, две страсти…

Левая рука на баяне ведёт басовую партию — уверенно, весомо, как взлёт тяжёлого лайнера. Правая рука рассыпает трели — виртуозно, легко, будто истребитель выполняет фигуру высшего пилотажа. Инженер-конструктор знает, красота без надёжности – пустой звук: он проектирует фюзеляж так, чтобы он выдерживал перегрузки, и рассчитывает двигатели так, чтобы они не подводили на высоте. Баян и самолёт — два мира, две страсти, но в обоих — гармония формы и содержания, вдохновение и дисциплина, без которых не бывает подлинного искусства.

Сегодня моим визави стал выпускник образцового ансамбля саратовских гармоник «Колокольчик», музыкант, специалист с дипломом Московского авиационного института, инженер-конструктор авиационного завода в Нижнем Новгороде Михаил Прокусов.

— Саратовская гармоника — звонкий голос Волги, задорный смех народных гуляний, эхо далёких ярмарок и шумных праздников. Это символ края, его душа, застывшая в дереве и металле, чей звон напоминает: где бы ты ни был, традиции и родная песня всегда с тобой. Михаил, когда Вы впервые услышали об этом удивительном музыкальном инструменте, впитавшем в себя широту степей и тепло человеческих сердец?

— С гармошкой я познакомился в возрасте семи лет в образцовом ансамбле саратовских гармоник «Колокольчик». До этого момента я не держал в руках ни одного инструмента, но с самого детства проявлял интерес к музыке, наблюдая за игрой дедушки. Именно по его инициативе я оказался в этом замечательном коллективе!

— Педагог — связующее звено между поколениями музыкантов: он рассказывает историю инструмента, передаёт секреты игры, которые не записаны в нотах, знакомит с репертуаром — от народных наигрышей до обработок песен. Кто стал для Вас мудрым наставником, научившим говорить на языке музыки через звучание гармоники?

— Саратовская гармошка с первых минут привлекла меня своими громкими колокольчиками и интересной формой. Моими педагогами стали Вячеслав Владимирович Банков и Николай Анатольевич Литвинов, которым я очень благодарен за их профессионализм и индивидуальный подход к своим ученикам. Они привили мне любовь к русскому народному творчеству, научили быть артистичным и свободно держаться на сцене, что крайне важно для любого исполнителя.

— Трудности — не преграды, а ступени к мастерству. Каждая ошибка, каждый сбившийся ритм приближают к тому моменту, когда инструмент, наконец, заговорит вашим голосом – сердечно, заливисто и задорно. Гармонь встретила Вас колокольчиками, будто смеющимися над неловкими движениями, и упрямыми мехами — то рвущимися вперёд, то замирающими в упрёке?

— Конечно, во время обучения возникали разного рода сложности, поэтому приходилось задерживаться после занятий и усердно заниматься дома. Но мне занятия в ансамбле так нравились, что я не замечал никаких препятствий на пути к цели!

— Когда ансамбль выходит на сцену, зал наполняется тёплой и по-домашнему уютной атмосферой — будто переносишься на деревенские гуляния, где гармонь всегда была сердцем праздника. На Ваш взгляд, по какой причине каждое выступление коллектива трогает зрителя до глубины души?

— Ансамбль «Колокольчик» — очень патриотичный коллектив, прививающий детям любовь к русской народной культуре и музыке. Сегодня не так много подобных коллективов, а если и есть, то только во взрослом составе. По моему мнению, это и нравится зрителям — горящие глаза детей и живая народная музыка!

— Телепрограмма «Играй, гармонь любимая!» — школа мастерства для начинающих исполнителей, архив уникальных фольклорных записей, напоминание о том, что настоящая музыка рождается там, где есть уважение к корням и любовь к родному краю. Вам удалось встретиться со съемочной группой проекта, созданного народным артистом России Геннадием Заволокиным?

— Мне посчастливилось в составе нашего ансамбля «Колокольчик» принять участие в этой душевной телепередаче: мы ездили в Новосибирск на фестиваль имени Геннадия Заволокина и в Москву на съемки программы, а также встречали дорогих гостей в родном Камышине.

— Михаил, как Вы считаете, баян и гармонь способны говорить на актуальном языке, придавать современным мелодиям особый «народный» колорит, удивлять своей импровизационной природой, большим диапазоном и гибкостью звучания?

— На баяне можно сыграть абсолютно всё! На выпускном экзамене в музыкальной школе я играл классические произведения — скажем, «Токката и фуга ре минор» И.С. Баха. В студенческие годы выходил на сцену в составе рок-группы — мы исполняли кавер-версии рок-хитов. Сольно мне доводилось играть эстрадно-джазовые и популярные мелодии на баяне. Кстати, сейчас я учусь играть на баяне джаз! Вот таким разным и универсальным может быть этот инструмент!

— Джаз учит быть свободным — не только в творчестве, но и жизни. Он показывает, правила можно нарушать, если это идёт от сердца — музыкант может взять знакомую мелодию и превратить ее в нечто совершенно новое и изумительное. Данный музыкальный жанр притягивает Вас возможностью раскрыть себя заново в понравившейся композиции?

— Для меня джаз — музыка момента, поток эмоций и чувств, свобода самовыражения! Это что-то неосязаемое, что может возникнуть здесь и сейчас! Джазовых аккордеонистов и баянистов весьма мало не только в России, но и за рубежом. Аккордеон и баян отлично вписываются в джаз — послушайте, к примеру, Владимира Данилина, Ришара Гальяно, Сергея Сухарева, Сергея Осокина, Эдуарда Аханова. В студенческие годы в Москве по четвергам я посещал джаз-клуб, где устраивали джем-сейшены (музыкальные встречи, во время которых исполнители совместно импровизируют — индивидуально и всем ансамблем — на заданную тему, аккордовую последовательность или уже существующую композицию — прим. авт.), что производило на меня невероятно сильное впечатление!

— К кулинарии можно относиться как к творчеству без границ: с точностью инженера, фантазией художника, страстью истинного гурмана. Кухня становится лабораторией, где традиции встречаются с экспериментами, а каждое блюдо — способ напомнить, самые трогательные моменты случаются не в ресторанах, а дома, за общим столом. Как давно Вы овладели искусством сплетать ароматы в аккорды, заполняющие всё пространство?

— Кулинария стала моим увлечением еще в младших классах — утром, собираясь в школу, я смотрел на канале «Домашний» передачу с Джейми Оливером. Я ел бутерброды и мотал на ус тонкости готовки, даже не осознавая этого, а со временем начал готовить самостоятельно, и, замечу, получалось неплохо. Я считаю, вершиной кулинарного мастерства является умение сотворить блюдо из продуктов, которые на данный момент имеются в холодильнике. Не по рецепту, не с четким списком ингредиентов, а импровизируя как в джазе! Думаю, участие в популярном кулинарном телепроекте было бы мне по силам!

— Инженер-конструктор в авиации — специалист, превращающий мечту о полёте в точные чертежи и надёжные конструкции. Он не просто создает машины: он дарит крылья идеям, воплощает в металле законы физики и смелость человеческой мысли. Чем Вас привлекла профессия, где, в том числе и от ваших решений, зависит эффективность перевозок, безопасность пассажиров и развитие технологий?

— До поступления в вуз авиацией я не интересовался. После окончания одиннадцатого класса подкрался вопрос о поступлении в институт, и я ориентировался на свои баллы по ЕГЭ, внутреннее чувство и советы близких. Авиастроение в нынешнее время востребовано, престижно и необходимо: важно пополнять парк «своими» самолётами и в целом авиационной техникой, нужны грамотные специалисты. Я понял, после выпуска из Московского авиационного института без труда найду хорошую работу, чем и руководствовался в момент выбора специальности.

— В вашей профессии, казалось бы, соединяется несочетаемое — холодная точность математики и красота инженерной формы. Идеальная кривизна крыла, оптимальная геометрия фюзеляжа, продуманная компоновка узлов — всё это не просто эффективность, но и эстетика высоких технологий. Что Вы считаете самым значимым в деле, где инженерное мастерство встречается с мечтой о небе?

— В моей нынешней работе, впрочем, как и в любой другой, главное — осознавать и видеть результат своего труда. К примеру, как на самолете будет располагаться тот или иной агрегат, чертежи которого ты делал. Также необходимо напрямую общаться с рабочими, изготавливающими и устанавливающими эти агрегаты, и мыслить не только в рамках отдельного чертежа или отсека, а всего самолета, чтобы не упустить важные детали. На мой взгляд, чтобы стать профессионалом в каком-то деле ключевое — даже не образование, а желание!

— Город детства — словно старая фотография в альбоме: немного выцветшая, но живая. Даже если человек уезжает, город его не отпускает — летит за ним, как внутренний компас, указывающий на дом. Вы по-прежнему несёте в себе Камышин — тихий, уютный и бесконечно родной?

— Камышин — место, куда я хочу возвращаться снова и снова! Он наполняет меня приятными воспоминаниями и чувством размеренности. Он прекрасен своими людьми — отзывчивость и гостеприимность у нас в крови, добрыми традициями и красочным Арбузным фестивалем, природными и историческими достопримечательностями. Камышин для меня — лучший город на Земле!

Реклама. ИП Сигачёва Л.А.