Это девятиэтажное мрачное здание могло бы стать своеобразным памятником широкому размаху строительной отрасли СССР. В небольшом Камышине завод КУЗЛИТ строил свой санитарно-больничный комплекс «на дамбе» — поближе к лесу, подальше от дорог и городской суеты.

Когда в «лихие девяностые» завод повторил судьбу «Титаника», то администрация города долгое время вела переговоры с министерством обороны, чтобы здание достроили как «реабилитационный центр», предназначенный для нужд ведомства. Чем закончились переговоры, сегодня могут рассказать только архивные документы, но на сайте администрации Камышина недострой значится уже как собственность минобороны (цитируем: «большой камышинский долгострой - здесь должна была быть крупнейшая больница, подчиненная Министерству Обороны»).

По воспоминаниям камышан старшего поколения, гигантский по камышинским меркам комплекс не успел «уйти» под крыло военных, которые в те же «девяностые» стали отказываться от социально-культурных объектов по причине недофинансирования армии. Более того, администрация не раз выставляля объект на торги в качестве использования «под нанотехнологии».

5 ноября жуткие новости с камышинской недостроенной больницы потрясли регион: играя в комплексе зданий, серьезно пострадали местные подростки (12 и 14 лет) — на них рухнула бетонная плита. Оба ребенка были госпитализированы, а на камышинскую станцию переливания крови, откликнувшись на просьбы врачей, пошли люди. Камышинская городская прокуратура начала проверку.

Как сообщил infokam.su исполняющий обязанности Камышинского городского прокурора Александр Ларин, 8 ноября в суд был предъявлен иск Камышинской городской прокуратуры к администрации города о необходимости принять меры, направленные на обеспечение безопасности на не оконченных строительством зданиях.

«Мы под плитами не лазаим...»

В минувшее воскресенье корреспондент infokam.su побывал на заброшенной стройке. Нужно сказать, что опасность здесь поджидает любого еще на подступах — на грунтовой дороге, ведущей к больничному комплексу. Рядом с дорогой проложена траншея подземных коммуникации — это «короб» из железобетонных плит, который по всей протяженности местами перекрыт ж/б плитами и засыпан землей, а местами — нет. Высота падения, если зазеваешься, около 2,5 метров. Видно, что в короб не раз спускалась молодежь: стены изрисованы, бутылки, окурки...

Само здание больницы выглядит колоссом, возвышающимся над окружившими его оврагами. Девять этажей — основное здание, а в качестве приемного отделения и холла — двухэтажная колодцеобразная пристройка с внутренним двориком. Место тихое, поэтому здесь собираются подростки, а также бомжи и прочие сомнительные личности. Пиво и водка правят здесь бал, особенно летом. Ни дверей, ни окон давно уже нет. Гулящая молодежь тренирует ноги, выбивая кирпичи из стен и проемов. Стены внутри и снаружи «украшены» подобием граффити и «вечными» надписями а-ля «Люблю!» или «Козел!»

Мы встретили двух подростков, которые с пакетом в руках, бодро поднимались в здание по разрушенному подъезду для машин «скорой помощи». После обычных отговорок: «А чО?» и «Мы тут в первый раз», — пацаны все-таки признались, что бывают здесь постоянно. «Какой смысл проводить свободное время на этажах, усыпанном мусором и фекалиями?» — поинтересовались мы. «А мы на крыше отдыхаем — там вид хороший...» — отрезали подростки. Действительно, если посмотреть фотографии в социальных сетях, то мало, кто из камышинской молодежи не отметился фотографиями на крыше недостроенного здания. Это своеобразный конек — фото на высоте девятого этажа.

— Вы знаете, что здесь детей плитой задавило? — напоследок спросили мы.

— Знаем... Но мы под плитами не лазаем...

Хочется верить...

Несколько лет назад глава города Александр Чунаков на брифинге для журналистов озвучил оценку экспертизы о том, что здание уже не пригодно к дальнейшей эксплуатации в силу ветхости элементов конструкции. Однако если больничная бетонная девятиэтажка выглядит еще более-менее крепкой, то куда опаснее сооружения, призванные обслуживать больницу. Это небольшой комплекс, который находится неподалеку и расположен буквой «П». Здесь планировалось разместить лаборатории, морг и прочие лечебные и технические службы. Именно здесь получили страшные травмы камышинские подростки.

Это комплекс зданий, на которых заморожено возведение второго этажа. То есть плиты перекрытия уже лежат. По ним и любят бегать камышинские подростки. Эти же здания по-тихому разбирают искатели лёгкого заработка. К слову, возможно, что далеко не природное воздействие стало причиной обрушения конструкций, а как раз-таки разборка их на кирпичи и прочие стройматериалы.

Что делать дальше?

На следующий день после трагедии на месте ЧП работали полицейские. К ним подключились камышинские спасатели. К обеду недостроенный комплекс проинспектировал председатель комитета ЖКХ и КС Андрей Летов. Появились первые временные аншлаги «Опасная зона», которые сменили жестяные щиты на стенах с тем же предостережением. Вскоре на месте трагедии экскаватор ломал первые этажи морга и лабораторий. Но посмотрите на фотографии (фото № 5) — одна из плит, будто нарочно, осталась на месте.

Несомненно, требуется продолжение работ по консервации опасного объекта. Финансирование потребуется немалое. Но, как минимум, подсобные здания надо снести, а коммуникационные траншеи сравнять с землей. Что делать с девятиэтажкой — это насущный вопрос, на который пока нет ответа. В этой громадине множество дверей, а часть первого этажа построена по принципу бетонного монолита, то есть опирается на фундамент лишь бетонными сваями-колоннами (стены нет). Однако делать что-то нужно... Иначе фраза мальчишек «Мы под плитами не лазаем» может обернутся лишь бравадой, а недостроенный комплекс продолжить «собирать» жертвы.

Как сообщили infokam.su в Камышинском городском суде, дело по иску Камышинского городского прокурора к администрации городского округа-город Камышин о понуждении мэрии к принятию мер по недопущению попадания людей на опасные объекты будет слушаться под председательством федерального судьи Алексея Холода. Дело поступило в Камышинский городской суд 11 ноября, дата слушаний пока не назначена.